📚 Библиотека

а без мамы не выжить

И очень опасно быть плохими, потому что если я плохой, меня мама отвергнет, а если меня мама отвергнет, я не выживу.

«если я плохой, меня мама отвергнет, а если меня мама отвергнет, я не выживу» стр. 3900

цивилизованные люди

Всю оставшуюся жизнь цивилизованные люди доказывают, что они хорошие или хотя бы не плохие.

«И все оставшуюся жизнь мы доказываем, что мы хорошие.» стр. 3901

вина за желание

У нас в обществе гораздо страшнее. Если ты делаешь, но из-под палки, ты всё равно виноват. И тебе как говорят: «Ах ты не хочешь! Ах тебе на…!» … И сразу так появляется это: если человек не хочет делать, то он уже виноват. Ну, правда, не сильно, процентов на 50 так.

«если человек не хочет делать то он уже виноват» стр. 3909

и автор об этом знает

Любая авторитарная система в первую очередь уничтожает инакомыслящих. Жена говорила автору: тебя посадят. Он отвечал: на зону он уже ходил, а теперь только психушка или яма.

«И любая авторитарная система в первую очередь уничтожает кого? Инакомыслающих.» стр. 3916

алгоритм восприятия информации

Алгоритм восприятия информации такой: мудрость равна информации, умноженной на опыт.

«Мудрость равняется. Ум. Информация, умноженная на опыт.» стр. 3922

мудрый запрет

Чтобы ребёнок был виноват передо мной, надо дать ему запрет без объяснения: «в подвал нельзя». Он должен знать границу опасности, а я даю ему только приказ.

«чтобы мой ребенок был передо мной виноват?» стр. 3932

с точностью до наоборот

Любой запрет действует с точностью до наоборот: чем строже запрет, тем сильнее тянет.

«Потому что любой запрет действует с точностью до наоборот.» стр. 3941

закон запрета

Вот стоит только запретить — всё. Поэтому чем сильнее запрет, тем сильнее изврат. Досюда пока понятно? Хотя ведь человеку всё дозволено, но не всё полезно. Фигушки. Идут запреты.

«Поэтому чем сильнее запрет, тем сильнее изврат.» стр. 3946

первое табу

Табу на инакомыслие — даже не фундамент под чувство вины, а котлован под этот фундамент.

«Ну, это даже не фундамент под чувство вины. Это котлован под фундамент.» стр. 3948

чтобы не сорвало крышу

Чтобы ни у кого не сорвало крышу, людей поделили: «разделяй и властвуй».

«Разделяй властвуй.» стр. 3971

поэтому первое возбуждение удовольствия не несёт

Но там есть один закон: когда наступает чувство вины, блокируется удовольствие. И поэтому первое возбуждение девочки удовольствие не несёт.

«когда наступает чувство вины, блокируется удовольствие» стр. 3988

плохой и так и так

Ну и ещё и запретили агрессию. И теперь мужики вообще попали в ножницы. Если ты дерёшься, ты плохой, если ты не можешь дать, значит, ты плохой. Здорово.

«И теперь мужики вообще попали в ножницы.» стр. 4005

и семья накрылась

По религии нельзя клясться. Ты предполагаешь, а Бог располагает. … А нам что сделали? Нас поставили мордой к морде, да ещё при свидетелях, да ещё заставили поклясться. Да ещё в чём? В горе и в радости всегда быть вместе. Всё, после этого семья накрылась медным тазом.

«Да еще в чем? В горе и в радости всегда быть вместе.» стр. 4024

а вины нет, пока нет преступления

Удовольствие возможно только тогда, когда нет вины. А вина есть, пока хочешь запретного.

«Но удовольствие возможно только тогда, когда нет вины.» стр. 4032

боль

Вина — это боль, запрет на удовольствие. Раз хотеть запретное — уже преступление, а каждый живой этого хочет, то есть все преступники.

«Потому что вина, это боль, это запрет на удовольствие, так?» стр. 4033

как дерево к свету

Вот это те грехи, которые нам привили. И это те грехи, с которыми я не согласен. Вы можете соглашаться. Потому что я считаю, что всё живое имеет право на выбор, и у всего живого есть направление, как у дерева — вверх и к свету. И ни одно дерево не вырубают, если оно лист выпустило не в эту сторону.

«Потому что я считаю, что все живое имеет право на выбор» стр. 4044

почему несчастные браки

Желания тела вообще убили. Отсюда столько несчастных браков: живут умом, а сердцем перестали чувствовать.

«Потому что умом начали жить, они сердцем перестали чувствовать.» стр. 4047

квартира 48

Мне говорят: «А так что? Давайте сейчас ср… на улицах, да? Давайте трахаться везде, или как там в этом-то: хочешь, чтобы так — сексом заняться, как покурить спросить, да?» Помните, «О чём говорят мужчины»? Нет, понимаете, одно дело запрет. Вот если я вам скажу, что вот в этот дом, в сорок восьмую квартиру, нельзя, — отследили, да? Все сразу… хотя бы выяснить, где там сорок восьмая. На каком этаже. Автоматика срабатывает. Почему нельзя? Неважно! Сразу пойти проверить.

«Если объяснить опасность, а не запретить.» стр. 4057

не все знания для управления

Есть люди, которые хотят религию не ради власти и управления: не все знания используют ради власти.

«Не все знания используют ради власти.» стр. 4079

все говорят об одном

Вместо того чтобы искать различия, стоит разобраться, что общего: все религии говорят об одном — объясняют законы вселенной.

«Потому что они все вообще-то говорят об одном.» стр. 4091

«я обману Бога»

Религии с многими богами человеку вредны: у человека есть подлость по имени «халява». Если учителей много, можно обмануть одного.

«У человека есть такая подлючесть, называется халява.» стр. 4101

языческие религии

В языческих религиях внутренняя дисциплина не выросла, и люди, не соблюдая законы вселенной, вымерли.

«И люди, не соблюдая законы Вселенной, почему-то вымерли.» стр. 4104

почему

Выжили только религии единобожия, потому что единобожие устраняет понятие халявы и рождает понятие необходимости.

«Выжили только религии Единобожия.» стр. 4109

приходится учить

Когда экзаменатор один, ему всё равно, сколько жертв ты принёс — быка или голубя. Приходится учить. Так возросла духовная дисциплина.

«И возросла то, что называется духовная дисциплина.» стр. 4112

минимизировать

Можно объяснять мягко, а можно дать обжечься. Всё зависит от того, насколько я люблю своего ребёнка.

«Все зависит от того, насколько я люблю своего ребенка.» стр. 4131

самый сильный страх

Говорят, самый сильный страх — страх смерти. Автор считает: первая и главная ложь — смерти никто не боится.

«смерти никто не боится» стр. 4147

кто осознает, что потерял

Мы боимся потерять, но никто не осознаёт, что потерял. На деле мы боимся потери возможностей, а не самой смерти.

«Кто осознает, что потерял?» стр. 4161

поэтому запрещена

— Ну, религиозный человек боится, да, попасть в ад. — Да. Обычно материалисты просто боятся потерять тело, благополучие. Если просто навести резкость, чего боишься, человек впадает в ступор. Поэтому нам и не наводят эту резкость, поэтому нам запрещают говорить о смерти. Поэтому это ещё одна табуированная тема. Потому что эта тема смерти — это обязательно тема жизни. Всё, что касается жизни, табуировано. Поэтому у нас только существование.

«поэтому у нас только существование» стр. 4184

люди пересказывают людей

Заповеди написали люди: мне сказали люди, что им сказал Бог. Автор не верит на слово, видя, сколько раз религию извращали.

«И мне люди сказали, что им сказал Бог, я им не верю.» стр. 4222

самое главное

Свобода — это выбор. Самое главное, чем отличается всё живое от неживого, — у живого есть выбор.

«Свобода, это выбор.» стр. 4257